ВЛАДИМИР ЛУГОВСКОЙ «В ГАЛЕРЕЕ АЙВАЗОВСКОГО»

Поэты о Федосии Оставить отзыв

М. М. Попову

Валы, валы, валы,

Девятый вал.

Громады Утесов.

Полный штиль.

Высокая лазурь. Закаты яростные.

Пламень канонады. Разгром эскадр.

Волна минувших бурь. Жил мальчик.

Рисовал на белых стенах ‘Шторм,

море, корабли,

ребячий солнца круг, А море Черное

швыряло свет и тени, И пахнул рыбою

феодосийский юг. Валы, валы, валы,

валов круговороты. Гряда грозовых туч.

Суровых зим прибой. Заря, раскрывшая

пурпурные ворота, Пучина черная

и Наваринский бой. Бой, буря, шторм,

безумная стихия, Грозящая пловцам

всегда, из века в век. И перед нею на скорлупке хилой

В борьбе, в победе,

в смерти —

человек. Вот он вцепился в мачту,

в корабля обломки, Над ним

смертельный вал —

литая тяжесть вод. Она стоит,

застыла

на последней кромке. Он гибнет, борется

и все-таки плывет. Валы, валы, валы,

потом забвенье.

Синий Кобальтовый простор.

Над морем тишина. Раздуты ветром

горы

снежной парусины, Но тишина —

как призрачна

и коротка она! Жил мальчик,

вырос,

стал всесветно знаменитым, Оставил все,

как подобает мастерам. И славу звонкую,

достигшую зенита, Принес сюда,

домой,

к пустынным берегам. И море Черное

неслось

в ночах и зорях, И Севастополь слал

к нему на юбилей, Чтобы отдать салют

певцу родного моря, — Корнилова

с эскадрой кораблей. Валы, валы, валы.

Смерчи и ураганы.

Пронизанная солнцем

глубь волны.

Весенний тихий бриз.

Осенние туманы.

Былых сражений дым.

Печальный свет луны.

Людская воля,

гибнувшая гордо Среди безвестных волн,

у ног угрюмых скал.

За три часа до смерти

кистью твердой

«Взрыв корабля»

художник написал.

И смерть его была

не будничною смертью.

Она пришла за ним,

как парус корабля.

На море штиль.

Весна.

Крылами чайка чертит. Он в море Черное плывет.

Прощай, земля!

Коментарии закрыты.