Моя работа была связана с постоянными гастролями по СССР. Как-то проезжая по Тюмени на машине до Тобольска, мимо села Покровского, откуда перекочевал в Санкт-Петербург  Григорий Распутин (Новых), встречались жалкие поселения крымских татар. Нелегко им было обживать эти суровые края после теплого, плодородного Крыма. Будучи в Узбекистане, я набрел на чебуречную, чему был крайне удивлен. Надо сказать, что чебуреки – это сугубо национальное блюдо крымских татар, и только из-под их рук выходили настоящие чебуреки. Во всех ресторанах для их приготовления специально держали татар. Так, в ресторане “ Астория ” был чебуречник Бакы Аблас с дочерью и женой. На Итальянской (Горького) была чебуречная Сабитова . И так, при виде чебуречной в чужих краях, где это было совершенно не свойственно, я все же решил его отведать, не рассчитывая на их качество, но они оказались настоящими крымскими. Создателям этого волшебства был, высланный из Крыма, татарин. Узнав, что я его земляк, он просеял и между нами завязалась беседа на татарском языке: — Моргаба , чурбаджи ! (здравствуйте, хозяин!) – приветствовал я его. Обрадовался он услышав родной язык и заплакал – Нияпайсы ? (Как дела?). – Якши, алла разуси ! (Хорошо, спасибо!). Потом мы перешли на русский язык, так как запас моих слов был исчерпан, он русским владел куда лучше, чем я татарским. Он расспрашивал меня о Крыме   и сказал, что доволен попав в Среднюю Азию а не в Сибирь. По Крыму, конечно, очень тосковал.