Вертинский

Вертинский

Молодой Вертинский, быстро завоевавший признание публики новизной репертуара, необычным видом и мастерством исполнения, отличался искренностью, оттенком трогательного лиризма и драматических интонаций. Необычна была его манера исполнения песенок, автором которых был он сам. Его репертуар был далек от модных в то время романсов, где широко воспевались тройки с бубенцами, ямщики, которые должны были гнать или, наоборот, не гнать лошадей, семиструнной гитары звенящей в цыганском таборе и т.д. и т.п. Найденный образ Пьеро, без которого было трудно себе представить Вертинского, выразительные жесты его красивых рук, помогали восприятию его мира интимных, искренних чувств. Он, как бы, по волшебству возникал на авансцене из проема занавеса, в широком костюме с большими помпонами. Его волосы были обтянуты черным трикотажем. На сильно пудренном лице выделялись черные скобки бровей и красный бантик губ.   Исполнив свою песенку он растворялся за занавесом, до следующего появления на вызов публики. Букву “ р ” Вертинский произносил с легка картавя на французский лад. Примерно так звучала песенка о маленьком креолчике :

А где же ты, мой маленький кгеольчик ?

Мой смуглый пгинс с Антильских остговов .

Мой маленький китайский колокольчик,

Изящный как духи, как песенка без слов.

Несколько отрывков из песен того времени:

“Минуточка”

Ну погоди, не плачь, минуточку,

Ну погоди, мой мальчик, май,

Ведь любовь это только щуточка ,

Ее выдумал глупый май.

“Попугай Флобер”

Вот Вы ушли, а день так пуст и сер,

Грустит в углу Ваш попугая Флобер.

Он говорил: — жэме , жэме !

И плачет по французски

( Жэме по-французски – никогда).

“Бал господин”

На слепых лошадях колыхались плюмажики ,

Старый попик усердно кадило махал.

Так весной бутафорской, в смешном экипажике

Вы поехали к Богу на бал.

“Пес Дуглас”

В нашу комнату Вы часто приходили,

Где нас дв ое я и пес Дуглас

И кого-то из двоих любили

Только я не знал кого из нас.

………………………………………………………………………………………..

Вы не бойтесь, пес не будет плакать.

А тихонечко ошейником звеня,

Он пойдет за вашим гробом в слякоть

Ни за мной, а впереди меня.

Он пел о лиловом негре, подававшим манто в притонах Сан-Франциско . Долгое время пробыл Александр Вертинский в эмиграции,   в дали от родины, по которой сильно тосковал и которую снова обрел в России в 1943 году. Он побывал во многих странах с концертами и одновременно снимался в кино. В эмиграции он написал ряд песен, выражавших его патриотические чувства к Родине: “Чужие города”, “Иная песня”, “Прощальный ужин”, “Перед ликом Родины” и др. вернувшегося Вертинского трудно было узнать. Его облик и манера исполнения репертуара ничем не напоминали прежнего артиста. Он стал появляться на сцене в идеально сшитом фраке в исполнение своих музыкальных миниатюр, создавая яркие образы.

“Моя звезда”

Среди миров мерцание светил,

Одной звезды я повторяю имя,

Не потому, чт о я ее любил,

А потому, что мне темно с другими.

И если мне на сердце тяжело

Я у нее одной ищу ответа.

Не потому, что с нею мне светло,

А потому, что с ней не надо света.

“Полукровка”

Мне не нужны женщины, мне нужна лишь тема,

Чтобы в сердце вспыхнувшем прозвучал напев.

Я могу из падали создать поэму,

Я могу из горничных делать королев.

…………………………………………………………………………………………………………..

Так в вечернем дансинге как-то в вечер мая,

Где тела сплетенных колыхал джаз-банд,

Так я просто выдумал Вас, моя простая …

В Санк-Питербурге я несколько раз встречал Вертинского. Как-то я с женой ужинал в ресторане “Европейской” гостиницы. За соседнем столом ужинал Вертинский. Нельзя было не обратить внимание , как он ел. Одно движение его рук, при владении вилкой, ножом и салфеткой, отличалось особым изяществом и аристократизмом. Его манеры и походка были изысканы и отточены.