Я близко знал многих грузчиков, я видел воочию их трудовую жизнь и немногие часы отдыха. Вся их жизнь сводилась к адскому труду, к пьянству и к открытому бесшабашному разврату.

Вольность обращения с работавшими вместе с ними бабами и девками превосходила все человеческое. Последние в сквернословии и в пьянстве не отставали от мужчин. Портовая девка — было словом нарицательным. Цинизмом бравировали, никого не стесняясь, а тем более нас, мальчишек, большую часть свободного времени проводивших у пароходов. На глазах у многих происходили омерзительные сцены, и недаром не избалованные женщинами матросы с русских и иностранных судов старательно избегали вступать с ними даже в простые разговоры.

На этой большой корпорации грузчиков сказались все тяжелые условия той России, в которых приходилось жить работникам физического труда. Не было союза, не было нормированного рабочего дня, не было твердой ставки. О какой-либо просветительской работе говорить не приходилось.

К началу открытия амбаров с моря возвращались рыбачьи баркасы, еще с ночи уходившие на рыбную ловлю. Рыба складывалась в широкие корзины и увозилась самими рыбаками на рынок или же перекупщиками. Портовая территория оживлялась все больше и больше. Приходили и уходили суда, вереницей тянулись дроги с различными грузами, красные ряды вагонов выстраивались в длинную линию против хлебных амбаров, толпы мальчишек оживленно перебегали от иностранца к иностранцу и на испорченном английском языке просили: Шев ми матч (дай спичек) .

Их забавляли английские спички, которые зажигались о любые предметы. Иногда с парохода бросали вместе со спичками испорченные консервы, остатки пищи.

В жаркие дни, в полдень, портовая жизнь несколько замирала. Грузчики обедали под деревянными навесами или в тени амбарных стен. Многие засыпали утомленные. Молодежь безобразничала с девками, обнимала их, сбрасывала с мешков, связывала ноги веревкой.

На ступеньках портовых лестниц раздевались мальчишки-купальщики и кидались в воду. Здесь же, на парусных судах и фелюгах, происходил торг арбузами и дынями, привезенными из Керчи, или грушами, персиками из далекой Анатолии.

Никто из феодосийцев не покинет в жаркие часы дня своих кофеен или уютных жилищ! В полдень город спит или полудремлет. Даже стражники, для пресечения контрабанды сонно закрывают глаза и не обращают внимания, что происходит в порту и на пароходах в часы стояния солнца в зените.

Коментарии закрыты.