Загадки Айвазовского. Черная кошка

Феодосийские страницы Оставить отзыв

В июле 1888 года в гости к петербургскому издателю, беллетристу и драматургу А.С. Суворину в Феодосию прибыл Антон Павлович Чехов. Это было первое посещение нашего города великим русским писателем.
Было бы поистине удивительным, если бы Чехов в Феодосии не встретился с Айвазовским. Да, знакомство писателя с Айвазовским состоялось. А вскоре Айвазовский пригласил Антона Павловича к себе в гости в имение Шейх-Мамай (Шах-Мамай).
В письме домой 22 июля Чехов, описывая свой визит в имение, крайне недоброжелательно рассказывает об Айвазовском. Женат на молодой и очень красивой женщине, которую держит в ежах. Знаком с султанами, шахами и эмирами. Писал вместе с Глинкой Руслана и Людмилу. Был приятелем Пут кина, но Пушкина не читал. В своей жизни он не прочел ни одной книги. Когда ему предлагают читать, он говорит: Зачем мне читать, если у меня есть свои мнения?…
И это еще мягкие слова из письма. Столь явная, сколь и неожиданная необъективность такого интеллигентного, такого умного, такого доброго человековеда, каким был Чехов, кажется совершенно непонятной. Какое же событие скрывается за той встречей в Шейх-Мамае, событие, черной кошкой пробежавшее между художником и писателем? Попробуем разобраться.
В то время, когда широкая общественность воспринимала Айвазовского с восторженным удивлением, корпоративная этика вызывала у ряда деятелей искусства в лучшем случае неодобрение к нему, манера быстрого письма многих шокировала. Еще бы, художник в среднем ежегодно писал до ста картин! К тому же сам Айвазовский часто давал повод к неодобрительному отношению к себе. По художественным достоинствам его картины неравноценны: рядом с истинными шедеврами рождались и слабые произведения.
Противоречивые оценки и мнения сопровождали Айвазовского всю его жизнь. Но вот появляется вдруг Девятый вал, и все, в том числе вчерашние недоброжелатели, забыв обо всем, с восторгом и удивлением вглядываются в художника…
В разгаре новые споры вокруг Айвазовского. Но тут из-под кисти выходит Черное море, и все забыто, никто не может устоять перед поэтическим очарованием.
Чехов, разумеется, мог быть под воздействием отрицательных оценок Айвазовского и уехать в Феодосию с сложившимся предубеждением. В 1887 году, к примеру, писатель веселился, читая сценку Айвазовский, написанную Н. Лейкиным по случаю шумихи вокруг подготовки к 50-летнему юбилею творческой деятельности мариниста, давал читать другим. (Петербургская газета, 1887 год, 24 сентября).
Не могла не сыграть свою роль и вечная проблема отцов и детей: не всегда легко преодолеваются преграды между консерватизмом старости и категоричностью молодости — в дни пребывания писателя в Феодосии Айвазовский отметил 71 год своего рождения. Чехову было 28 лет, Возможно, писатель не был приглашен на торжества.
Судьба Айвазовскому улыбалась чаще, чем другим, он был состоятельным человеком. Тиски же материальных затруднений не выпускали Чехова почти всю его жизнь. Безгранично влюбленный в искусство, Айвазовский с головой погружался в прекрасную стихию творчества, а остававшиеся силы полностью тратил на благотворительную деятельность, откликаясь так или иначе на события российской и зарубежной действительности. Но этого было мало, чтобы заслужить симпатию у людей, подобных Чехову. Как видим, многого не хватало для того, чтобы между великим писателем и знаменитым художником родилось хотя бы взаимопонимание.
Нетрудно предположить, что там, в загородном имении, между ними возник разговор и о литературе. То, что Айвазовского не интересовала тогдашняя литература, неизбежно должно было задеть и профессиональное достоинство Чехова…
Известный исследователь жизни и творчества Айвазовского Барсамов однажды написал: Многое в жизни Айвазовского осталось не до конца раскрытым…

Коментарии закрыты.